Владимир Зуев 1
© Владимир Зуев, vlzuev@mail.ru
ЖИЛЬЁ И ЖИТЬЁ
Во многих городах бывшего СССР районы назывались так же, как и заводы, благодаря которым эти районы собственно и образовались. Возьмем наш Екатеринбург, Свердловск, Ёбург, Ебург есть же у нас и Уралмаш, и Эльмаш, и Химмаш, и Вторчермет, и Компрессорный. Химмаш, насколько мне известно, есть не только у нас в Ёбурге, но не суть. Короче, главная улица Химмаша, это улица Грибоедова, про которую местные жители – химмашевцы, с любовью говорят проспект Грибоедова. Так вот, этот проспект пересекает улицу Инженерную, которая в свою очередь пересекает сначала улицу Альпинистов, а потом Дагестанскую. А с другой стороны улицы Альпинистов и Дагенстанскую, «Т»-образными перекрестками замыкает улица Славянская. И на всех этих улицах стоят разные дома, хрущевки, новостройки, бараки. А в домах люди живут разные. А если есть дома и жильцы, то должны быть специально-обученные люди, чтобы помогать людям жить красиво. Раньше ЖЭК, ЖКХ, УК, ТСЖ, одно другого не краше, но что-то такое обязательно должно быть, чтобы наша с вами жизнь продолжалась. Чтобы зимой давали тепло, летом не всегда отключали воду, весной мусор убрать оттаявший. Да мало ли дел у них.
1.
Комната ТСЖ. Дешевый евроремонт. Из мебели - столы, стулья, шкафы. На стенах плакаты, повествующие о деятельности служб «01», «02», «03». Во главе стола за ноутбуком сидит мужчина лет 30-ти, курит, щелкает по клавишам. В комнату входят двое мужчин в рабочих комбинезонах, один молодой, другой в возрасте. У молодого на плече сумка, в руке вантуз.
СТАРЫЙ. Че звал, протечка у тебя или снова резинки свои в унитаз смывал?
МОЛОДОЙ. Игорь, правда, че звОнишь, как баба пьяная? Мы же на вызовах!
ИГОРЬ. А чего это так, простите, говном воняет?
СТАРЫЙ. А че, от нас духами должно? По профессии пахнет, как положено! Люди едят хорошо и срут не хило, отсюда и запах. Че звал, у нас еще четыре вызова?!
ИГОРЬ. Сейчас Петровна придет и будет планерка у нас. Расширяемся мы, как НАТО, на восток. Короче, чмоки всему чату!
МОЛОДОЙ. Петровне то куда еще шыриться? Пойдем, Семеныч, покурим пока.
СЕМЕНЫЧ. Накурился уже нынче, не лезет в меня. Где вот она ходит?
ИГОРЬ. За шариками пошла, сейчас дуть будете.
МОЛОДОЙ. Чего дуть? Шарики? У меня за ушами от них болит… Я дуть не буду…
Входит крашенная блондинка очень внушительных размеров и форм, ей лет за пятьдесят. Игорь вскакивает, закрывает ноутбук, разгоняет руками сигаретный дым.
ИГОРЬ. Тамара Петровна, вот, провел! Теперь мы он-лайн! Пресс-релизы разослал по СМИ, ТВ в курсе, вам не звонили, я им ваш номер давал?
ПЕТРОВНА. И покурил на моем рабочем месте! Я же сколько тебе раз говорила, что у меня линзы дорогущие в глазах и им дым вреден! Таки курит, и плевать ему на меня!
ИГОРЬ. Это я, простите, в творческом порыве… Я названий нашей компании целую кучу успел придумать, «Делянка», «Усадьба», «Плацдарм», «Жильё».
СЕМЕНЫЧ. Мы то че тут кукурузу охраняем, Петровна? Вы выдумываете, а нам разгребать надо. Расскажи и мы того, дальше побежим.
Петровна садится за стол, вытряхивает из пакета кучу воздушных шариков.
ПЕТРОВНА. Дуйте пока. Музыку заказала, водку сейчас подвезут. Голова кругом. Еще этот курит тут…
МОЛОДОЙ. А водка с музыкой зачем, помер кто? И шарики еще эти…
ПЕТРОВНА (Игорю) Начинай ты, я взмокла с беготней этой, отойду пока…
ИГОРЬ. Объясняю всему чату, завтра у нас презентация нашей УК, что означает управляющая компания. Понятно? Почему завтра, говорю человеческим голосом. Завтра день микрорайона!
МОЛОДОЙ. А на что оно нам? Чистили сортиры и чистили бы себе дальше… Зачем нам этот геморрой?
Петровна закуривает.
ПЕТРОВНА. Мелко мне стало… А тут три улицы и все бесхозные. Дагестанская, Славянская и Альпинистов. Надо брать, пока другие не прибрали. И таки мы возьмем!
СЕМЕНЫЧ. А потянем? Нет, я не против работы. Что тут срут, что там, какая разница?!
ИГОРЬ. Офис у нас есть, Интернет я провел, теперь всё он-лайн у нас! С названием определимся, завтра презентацию забабахаем, потом банкет и чмоки всему чату!
ПЕТРОВНА. Тебе лишь бы банкет. С Дагестанской все ясно, я им пару ларьков в районе поставлю и они наши, Славянской водки нальем, как водится. Что с Альпинистами делать?
МОЛОДОЙ. А там кто живет? Я там и не был вовсе, не вызывали меня туда. Они не серут они что ли? Семеныч, ты был там?
СЕМЕНЫЧ. Пил там как-то, по молодости. Еще помню мне пьяному в ухо там, в гаражах дали. Не знаю кто живет. Бараки вроде там…
ИГОРЬ. (Молодому) Предлагаю вам, молодой человек, прогуляться туда под предлогом проверки исправности сантехники, и выяснить кто и что. Сходи, Витюня. Мы пока название утвердим, да, Тамара Петровна. Может все таки «Жильё»? Нет? Есть еще одна тема, «Северный берег». А чего, пруд рядом, район Северный Химмаш. Нормально?
СЕМЕНЫЧ. Витюня, вынеси вантуз, под лесенку спрячь, а то правда воняет.
ПЕТРОВНА. Вы че шарики не дуете? Завтра детям будете раздавать! Только оденьтесь нормально, как люди. (пауза) Сейчас еще лабух этот из ДК придет за авансом. Пьяный в сиську, а за деньги таки шарит! (Игорю) Как ты говоришь, «Северный берег», «Жильё»? «Жильё моё» хорошо звучит. Тут тебе и жильё и моё…
ИГОРЬ. Супер! Управляющая компания «Жильё моё», ваш надежный партнер! «Жильё моё» в Екатеринбё…
СЕМЕНЫЧ. Ты сейчас, Игорян, придумываешь нам тут… Не разгребем потом!
ПЕТРОВНА. Название придумали, теперь все на шары, дуем хором.
ВИТЮНЯ. Пойду я, вантуз отнесу, покурю за одно.
Витюня выходит. Все дуют шарики. Стук в дверь, в кабинет входят двое, старик и старушка. Бабушка вынимает из папки цветные каталоги, дедушка достает из сумки коробочки, вынимает их содержимое. Это кружки из нержавейки.
БАБУШКА. Дамы и господа, товарищи, соотечественники, химмашевцы, земляки. Мы рады приветствовать вас от лица международной нано-концерна по производству, и хранению структурированной воды. Наш организм, как и все живое…
Илья, Семеныч и Петровна глядят на пришельцев, но шариков изо рта не вынимают.
ПЕТРОВНА. Ыыыы?
ДЕДУШКА. Структурированная вода. Разработка нано-ученых. Прибор для ее производства прост и практичен. Похож на кружку с крышкой. Изготовлен прибор из нано-нержавеющих материалов.
СЕМЕНЫЧ. И нержы че ли?
БАБУШКА. У нас сегодня Событие, мы стали представителями нано-концерна «Житьё» и делимся с вами этой радостью! Дед, покажи продукт.
ИГОРЬ. Вы, простите, не по адресу. У нас тут управляющая компания…
ПЕТРОВНА. «Житиё»?
ДЕДУШКА. Ну, если по-простому, то из нано-нержи.
В кабинет входит Витюня.
ВИТЮНЯ. Я тут одного аборигена встретил, говорит, что с Дагестанской… Позвать?
ИГОРЬ. А с какой целью, Витюня?
СЕМЕНЫЧ. Расспросить у него че да как. Альпинистов параллельно с Дагестанской идет.
БАБУШКА. А мы со Славянской. Вчера переехали, сегодня вот уже осваиваем, просвещаем.
ВИТЮНЯ. Так мне звать дагестанца?
ПЕТРОВНА. Игорь, накапай мне там, грамм сто, у меня в сейфе стоит. Зови, Витюня, таки сразу все дела решим и будем всем счастье.
ДЕДУШКА. (Семенычу) Смотреть продукт будете? Могу дать подробные инструкции.
ИГОРЬ. У нас тут управляющая компания, а не нано-магазин, дедушка. Вы со Славянской, говорите, возьмите листовку. Завтра в десять утра, как штык на презентацию нашей и вашей, я надеюсь, управляющей компании.
Дедушка смотрит в листок, шарит по карманам очки. Бабушка заглядывает ему через плечо, читает. Входит мужчина кавказской наружности. Небрит, в кепке, в кожаной куртке, следом заходит Витюня.
ПЕТРОВНА. Присаживайтесь, уважаемый. У нас есть пара вопросов к вам. Вы на Дагестанской живете?
Игорь протягивает Петровне стопку. Петровна отворачивается, выпивает. Кавказец смотрит по сторонам.
КАВКАЗЕЦ. У меня прописка есть, женщина. (вынимает паспорт, протягивает Петровне) На смотри, читай, тут написано все. Я закон уважаю!
ПЕТРОВНА. (листает паспорт) Улица Дагестанская. Все в порядке. Спасибо. У меня будет к вам дело… (заглядывает в паспорт, смотрит имя)
КАВКАЗЕЦ. Можно Ваней звать, я привык.
ИГОРЬ. Уважаемый, Иван, завтра в 10 утра состоится презентация… Нет, праздник, который устраиваем мы, ваша управляющая компания «Жильё моё». Приходите с семьей, с друзьями, с родственниками. Будем очень вам рады.
СЕМЕНЫЧ. Скажи друг, а на улице Альпинистов кто живет, ты не знаешь?
КАВКАЗЕЦ. Ухожу рано, прихожу поздно. Работы много. Жигули старая совсем. Свет горит в домах, кто живет, не видел.
БАБУШКА. (громко читает) В природной воде - океанической, речной, родниковой примерно пять процентов молекул воды связаны водородными связями в ассоциативную структуру, остальные девяносто пять процентов молекул не связаны никакими водородными связями и располагаются хаотично.
ИГОРЬ. Бабушка, это вы к чему сейчас? Мы тут про Альпинистов, простите!
ДЕДУШКА. Помолчи, сопляк, у нас сегодня событие, вашу мать!
БАБУШКА. (очень громко) Обычная вода и структурированная вода, т.е. вода имеющая определённую структуру также отличаются друг от друга содержанием в них солей, минералов и других примесей. Две воды, имеющие одинаковый элементный состав…
КАВКАЗЕЦ. Это вы завтра утром нам читать будете?
ПЕТРОВНА. (очень громко) Тихо! Мужикам дуть шары, бабушке завязывать! Ясно нет?!
Мужчины взяли шарики, надумают. Бабушка шепотом читает текст. Петровна налила, выпила.
БАБУШКА. Две воды, имеющие одинаковый элементный состав, по воздействию на растения, птиц, животных и организм человека, т.е. на биологические объекты, могут оказывать абсолютно различное влияние. Всё зависит от формы соединения молекул в регулярную ассоциативную структуру, при котором появляются свойства, которые могут положительно воздействовать на биологические объекты. Все! Вот так вам! Я прошла первую ступень своего события! Ясно вам, нет?!
У кавказца лопается шарик, все смотрят на него. За окном в громкоговорителях звучит бодрый голос: «С Днем микрорайона, дорогие химмашевцы!». «С праздником!» «Ура!». Звучит какая-то бодрая песня со словами «Химмаш. Я тебя люблю. Екатеринбург». Все глядят на улицу. Дверь открывается, входит небритый мужчина лет за сорок. За спиной гитара в чехле.
МУЖЧИНА. А вот и я, цветов не надо. Можно аванс и два по сто для глубины голоса. Отнес знакомому звукарю в радиорубку ГО и ЧС свои старые записи, теперь на два дня я король района! Кто меня не знает, я Антон Передок, бард, шансонье, в далеком прошлом рокер.
БАБУШКА. Антон, вы пьете структурированную воду?
АНТОН. Могу, мать, воду, но лучше, если она огненная. Кстати, там водку привезли, не вам случайно?
2.
Та же комната. В углу лежат надутые шарики. За столом те же. Петровна сидит во главе стола с Игорем. Степаныч рядом с Витюней, бабушка с дедушкой. Рядом с кавказцем сидит музыкант. На столе водка и закуска.
АНТОН. Помню, как-то с Кобзоном на одной площадке пели. Он мне после концерта руку подает и жмет так уважительно, молодец мол, Антоха, профессионально зажег! А я ему, да ладно, это же работа, мы то с вами понимаем…
БАБУШКА. А я читал, что и он и Пугачева с Галкиным лечатся структурированной водой. Вот так! И нам все надо, мы вот теперь представители…
ИГОРЬ. Мы помним, про все ваши нано-хрени, бабуля! Вы, главное завтра придите и подруг по партии тащите на нашу презентацию. Не жизнь у вас с нами будет, а просто песня! Надо было еще полевую кухню на завтра заказать, чтобы горячее было…
СЕМЕНЫЧ. Ты в армии то был? Полевая кухня! Где ты взял ее?
ДЕДУШКА. Эх, кашки бы сейчас армейской с хлебушком черным, да под водочку…
КАВКАЗЕЦ. Эй, слушай, зачем кухня? У меня мангал есть, мясо есть, руки есть – шашлык будет. Овощи есть, сам растил! Все есть, дорогой. Ты мне скажи Тамара, ты серьезная женщина. Ларек поставим, чтобы народ витамины, помидоры-мамидоры кушал?
АНТОН. Я могу у тебя в шашлычке лабать вечерами, как раз сезон скоро. Слышал про Химмаш и Екатеринбург песню из матюгальника? Сам писал и пел сам.
ВИТЮНЯ. А дыни, арбузы будут?
ПЕТРОВНА. Таки тихо мне тут, не на базаре. Сейчас я роли на завтра распределю вам, и дальше галдеть будете. Значит ты, Игорь, будешь завтра при мне. Здоровье с утра не поправлять. Про джин-тоники свои забудь. Будешь в микрофон лялякать и политику партии до народа доносить…
ИГОРЬ. Так это я всегда! Готов!
ПЕТРОВНА. Я тебе напьюсь сегодня! Готов он! Значит так, Витюня с утра гирлянду вяжет из шариков между турниками на площадке. Семеныч на водке, как самый опытный. Передок поет, только не бухайте, Антон, вот очень вас прошу.
АНТОН. Что петь будем. Какой завтра репертуар вам изобразить? Шансон, блатняк?
Семеныч наливает, все пьют. Игорь икает.
КАВКАЗЕЦ. Надо чтобы под твою музыку шашлык кушать хорошо было, уважаемый.
БАБУШКА. Я могу пройти завтра вторую ступень события. И очень даже хорошо, что будет людей много!
ВИТЮНЯ. Я шары боюсь вязать. Я в детстве на Дне города напугался. Они лопаться стали, а я в штаны напузырил.
ДЕДУШКА. У нас на стрельбищах все ссались, это бывает, сынок! Тяжело в учении, потом легко! Опять же воды нашей попей, она от страхов лечит!
ИГОРЬ. А давайте еще салют завтра закажем?!
ПЕТРОВНА. Ты у меня с утра на Альпинистов поскочешь, в жопу раненным оленем, листовки раздавать! Я этот кусок просто так не отдам. Кто же живет там?!
АНТОН. Там кабак один есть, злачный такой, «Цыплята», но я не пел там, не мой формат.
ПЕТРОВНА. Бабуля, дедуля, а давайте вы фильтры для воду будете предлагать по квартирам? А нано-штуки свои в нагрузку. А? Вон, Степаныч с Витюрой будут их устанавливать. Вы впариваете, они устанавливают.
БАБУШКА. Фильтры для структурированной воды?
ИГОРЬ. Ясен пень! А для какой еще, милая бабушка? Вы вот с Уралу же оба? У нас какая тут вода? Жесткая и не структурированная! Надо ее облагородить, так?!
ВИТЮНЯ. Я покурить пойду, че то не хорошо мне.
АНТОН. А я спою вам, дорогие мои.
Взял гитару, долго ее настраивает. Игорь хватает Петровну за коленку. Петровна закуривает. Бабушка протягивает кавказцу буклет. Кавказец смотрит картинки. Дедушка вертит в руках нано-кружку, перелил в нее водку из стакана, выпил. Звучит унылая дворовая песня. Степаныч спит сидя.
Степанычу хорошо, он видит себя на улице Альпинистов молодого и пьяного. Петровна развешивает белье во дворе. Кавказец, Витюня, Антон и Игорь режутся в домино на деревянном столике. Бабушка с дедушкой сидят на лавке около подъезда. Степаныч сидит на крыше двухэтажного барака и курит папироску. Петровна развесила белье, вытерла руки о фартук, залезла на стол, где мужики играли в домино, кричит.
ПЕТРОВНА. Дорогие мои земляки, товарищи одномикрорайонники. Наступил таки коммунизм у нас, в отдельном взятом микрорайоне Северный Химмаш. И дороги у нас сплошь асфальтированные, и дома то у нас сплошь каменные. Гаражи и садовые домики вместе с сортирами из кирпича красного. И еда у нас в магазинах разная и в достатке! А город все шлет и шлет деньги в казну района нашего. Куда девать будем, родные мои?! Только с умом и по совести! Что скажете?!
БАБУЛЯ И ДЕД. Давай купим на все деньги соли и спичек! А вдруг война снова, а мы не готовы!
СЕМЕНЫЧ. И еще нано-кружек из нано-нержи возьмем. Вантузов надо новых, одноразовых, чтобы дерьмом не воняло!
АНТОН. Надо купить барабанную установку и усилители с гитарами. Сделаем местный ВИА «Химмашевские Битлы». И диск запишем и в Ливерпуль съездим. У нас ребята талантливые, самородки!
КАВКАЗЕЦ. Можно много помидоров-мамидоров купить и продать, а потом еще купить и продать.
ИГОРЬ. Я бы Интернет провел во все квартиры. Чтобы, простите, народ мог свободно чатится, аськаться. Надо чтобы все были он-лайновые!
ВИТЮНЯ. А я вот мотоцикл хочу, чтобы с байкерами гонять.
ПЕТРОВНА. Ясно… Еще есть полезные мысли?
СЕМЕНЫЧ. А давайте фанеры купим!
ПЕТРОВНА. Ты чего, родной?! У нас таки красота и лепота, асфальт и камень, плитка и кирпич! Какая фанера?!
СЕМЕНЫЧ. Купим фанеры, сделаем ероплан и улетим отсюда к едрене-матери!
ИГОРЬ. Чего сделаем?
СЕМЕНЫЧ. Да идите вы в жопу…
Витюня толкает Степаныча локтем в бок. Степаныч просыпается.
ВИТЮНЯ. Пришел! Пришел человек с Альпинистов! Вставай, засор у них, потоп! Серют они, живые, Степаныч, слышишь?
СЕМЕНЫЧ. Да идите вы в жопу, я такой сон видел! Вам и не снилось такое! Налей мне. (Витюня наливает. Молча пьют.) Ну, где засранец этот? (смотрит вокруг) А где все?
ВИТЮНЯ. Дед с бабкой и певец с ними ушли в ларек. Игореха Петровну в подсобке зажимает. Кавказец пошел шашлык мариновать. Так что вдвоем мы.
СЕМЕНЫЧ. А этот, с Альпинистов который?
ВИТЮНЯ. Прикинь, китаец прибегает, глаза с пол-лица и вопит: «Лезет говна! Лезет и лезет!». Убежал к себе, убирать, нас ждет.
СЕМЕНЫЧ. Так идти надо, спасать альпинистов. (налил, выпил) Петровна, мы пошли, можете выходить.
Уходят.
3.
За столом Игорь и Петровна. Петровна поправляет волосы, красит губы. Игорь курит.
ПЕТРОВНА. Налей мне. Сам не пей, пьяный уже. Я по тебе сразу чую, таки, кондицию твою. Молодой, а пьешь как конь! (Игорь наливает ей водки, Петровна пьет) Да ладно, не обижайся ты! Ну хороший… Иго ты моё, поработил бабу в соку и не стыдно ему.
ИГОРЬ. Не подлизывайся! Я из всех кож потею, чтобы хорошо тебе, а ты меня укоряешь…
ПЕТРОВНА. Ладно тебе, завтра мне не напорти только! Надо что-нибудь такое завтра для этих альпинистов зафигачить! Это же Восток!
ИГОРЬ. Я , простите, на истфаке учился три года, была у нас там история религии. Инь и янь, ну и все такое. Наболтаю, чего уж там…
ПЕТРОВНА. Ой ты мой хороший! На истфаке! Ладно, целуй свою мамочку…
Игорь подсаживается к Петровне, целует ее в шею. Стук в дверь. Входят бабушка с дедушкой и бард.
ДЕДУШКА. Я у вас тут маленько лишнего принял и кружечку для структурированной воды запсатил куда-то. Не видели?
БАБУШКА. Прям беда с ним, сегодня на событии сидим, он прикимарил и храпит на весь зал. Стыдоба! Не видели кружечку?! Мы после ларька домой то пришли и нету одной, сразу к вам.
ИГОРЬ. Свет включите. Здесь она, куда ей пропасть.
АНТОН. А я еще водочки, с вашего позволения.
Вынимает из пакета водку, разливает.
ПЕТРОВНА. Нет, ну надо же такой день сегодня случился. Прямо до усери забегалась.
АНТОН. А вы примите стопочку, как рукой снимет. Я чего вам хотел пердложить, а давайте я гимн вам корпоративный сочиню, споем завтра… Нет? Это бесплатно. Вам бонус, мне пиар! Как вы называетесь?
ИГОРЬ. А что, прям так с ходу можете? Управляющая компания «Жилье моё».
АНТОН. «Жильё моё», все точки над «ё»… Рифма! Вы пока меня не отвлекайте, перо и бумагу подайте!
Петровна подает ему лист бумаги ручку. Антон что-то пишет, зачеркивает и снова пишет.
ДЕДУШКА. А вот вы насчет фильтров серьезно говорили? А то мы с бабулей согласны. Надо же и стенку купить финскую и диванчик, чтобы как у людей у нас было…
ИГОРЬ. Все серьезно, товар сертифицирован, лицензия есть…
БАБУШКА. Уж очень пожить охота на старости…
Входят Витюня, Степаныч, кавказец и китаец. Витюня держится за ухо. У кавказца в одной руке здоровая кастрюля, в другой шампура и пакет.
СТЕПАНЫЧ. Ну вот, альпиниста тебе привели, Петровна. Там этих альпинистов, как грязи. Вчера у них праздник какой-то был, наелись чего-то и серют, как кролики. Пока я засор устранял, Витюня в горожах в ухо получил. Ничего не меняется. (китайцу) Садись, ешь, пей. Мы ж тут вместе все живем.
КИТАЕЦ. Я родился тута. Мать моя и папка и дед с бабой, все тута родились, на Альпинистов.
КАВКАЗЕЦ. У него прописка есть, я смотрел уже.
КИТАЕЦ. Всегда тута. Тута хорошо у вас.
ИГОРЬ. А я вот приезжий, из Ляли Новой.
ПЕТРОВНА. А я из Таборов вообще.
ДЕДУШКА С БАБУШКОЙ. И мы не местные…
СТЕПАНЫЧ. Все мы тут понаехали, да, Витюня?! Чего приуныл?! Ну дали в ухо, дело то житейское.
КИТАЕЦ. У меня бальзама есть, хороший бальзама. От всего помогает.
БАБУШКА. А вы структурированную воду не практикуете, нет?
КИТАЕЦ. Бальзама у нас. Пейте…
Степаныч разливает бальзам по стаканам, разбавляет водкой. Все пьют. Китаец улыбается.
Детская площадка. Утро. Солнце. День Химмаша. Витюня раздает детям шарики. Кавказец жарит шашлык. Рядом стоит китаец и наливает всем водку с чудо - бальзамом. Игорь и Петровна обнимаются, как школьники. Площадка по периметру заставлена лотками с различной китайской продукцией. Продавцы улыбаются и впаривают свой товар. На них косо поглядывают кавказцы с другой стороны площадки, которые впаривают помидоры-мамидоры, арбузы, дыни и прочую прелесть. Бабушка с дедушкой ходят среди многочисленного народа и потчуют всех структурированной водой. На сцене Антон Передок с гитарой. Звучит корпоративный гимн управляющей компании «Жильё моё». Грустный Степаныч с вантузом, сидит на качелях и поет чего-то, как акын. «Давайте накупим фанеры. Давайте фанеры накупим. Построим мы ероплан и улетим отсюда к едрене-матери…»
Такой вот у нас город Свердловск, Екатеринбург, Ебург, Ёбург. Так и живем, только фанеры иногда не хватает.
Конец.
